Убийство в рыбной лавке — Александр Грин
Учитель математики Пик-Мик слышит за своим окном разговор об убийстве хозяина рыбной лавки, отправляется туда и…
Учитель математики Пик-Мик слышит за своим окном разговор об убийстве хозяина рыбной лавки, отправляется туда и…
Герой романа Мориса Левеля «Ужас» – талантливый репортер, который решает пережить те же чувства, что и преступник, совершивший убийство. В поисках острых ощущений он наводит полицию на свой собственный след, подбрасывая на место преступления несколько улик. ©&℗ ИП Воробьев ©&℗ ИД СОЮЗ Продюсер издания: Владимир Воробьёв Ужас
«Крупные губы, полуоткрытый большой рот, безвольно-вдавленный подбородок и маленькие глаза, упорно глядящие сквозь стекла пенсне без ободков, – невыразительное и незначительное лицо молодого человека с впалой грудью, который мог бы быть и страховым агентом, и маленьким чиновником… Это и есть портрет убийцы Столыпина…» Убийца Столыпина
«Когда я на почтовой тройке подъехал к перевозу, уже вечерело. Свежий, резкий ветер рябил поверхность широкой реки и плескал в обрывистый берег крутым прибоем. Заслышав еще издали почтовый колокольчик, перевозчики остановили „плашкот“ и дождались нас. Затормозили колеса, спустили телегу, отвязали „чалки“. Волны ударили в дощатые бока плашкота, рулевой круто повернул колесо, и берег стал тихо…
Молодая и любимая жена Отто Бальсена Анна умирала. Внезапная болезнь быстро забирала ее силы. Отто, крепкий крестьянин, ни умом, ни душой не мог примириться с этим. Истекший год оставил тяжелые воспоминания: деревня обезлюдела – кто разорился, кто исчез неизвестно куда; нескончаемые военные постои, реквизиции, вечный страх перед кулаком и плетью… Обыски, доносы… Жизнь сделалась адом….
«Произошло что-то странное; может быть сон, так похожий на жизнь, что все его мельчайшие подробности отчетливо рисовались в мозгу, полные грозного, сложного значения действительно совершившегося факта. Перед этим, до катастрофы, казался понятным и неизбежным момент острого, болезненного возбуждения тела и духа, переходящего все границы обычных человеческих волнений; момент бешеного упоения риском, экстатического порыва натянутых до…
У истока дней