Стихотворения 1817—1822 — Александр Пушкин
Похожие записи
Руководство для желающих жениться — Антон Чехов
Антон Павлович Чехов – великий русский писатель, «главный» драматург двадцатого века создал за 26 лет своей литературной деятельности около тысячи произведений, без которых невозможно представить сегодня ни кино, ни сцену, ни книжный магазин в любом городе мира. Руководство для желающих жениться
Прикованный Прометей — Эсхил
Знаете ли вы мифы о богах Древней Греции, живших на Олимпе и правивших миром? Знаете ли вы, откуда пошли выражения «Ахиллесова пята», «Сизифов труд», «Авгиевы конюшни», «Нить Ариадны»? Знаете ли вы о подвигах прославленных древнегреческих героев Одиссея, Геракла, Ясона, Тесея? Представляем один из самых известных мифов. Прикованный Прометей
Размазня — Антон Чехов
«На днях я пригласил к себе в кабинет гувернантку моих детей, Юлию Васильевну. Нужно было посчитаться. – Садитесь, Юлия Васильевна! – сказал я ей. – Давайте посчитаемся. Вам, наверное, нужны деньги, а вы такая церемонная, что сами не спросите… Ну-с… Договорились мы с вами по тридцати рублей в месяц… – По сорока… – Нет, по тридцати… У меня записано… Я…
Университет двух императриц — Иван Лукаш
«В моей дорожной шкатулке есть связки пожелтевших заметок из старинных книг и записок. В заметках я желал сохранить для себя те мелочи, то живое дыхание старины, которое исчезает так же быстро, как след дыхания на стекле. И вот эти беспорядочные заметки о Московском университете в восемнадцатом пудреном веке…» Университет двух императриц
Убийца — Роберт Льюис Стивенсон
«– Да, – сказал антиквар, – наши барыши возрастают от разного рода обстоятельств. Одни покупатели бывают невежественны, не понимают толк в вещах, и тогда мы наживаемся на их невежестве, то есть взымаем с них известный дивидент за свое превосходство в знании; другие люди бывают сомнительной честности, – и при этом антиквар поднял свечу так, что свет ее упал прямо…
Сиерра-Морена — Николай Карамзин
«В цветущей Андалузии – там, где шумят гордые пальмы, где благоухают миртовые рощи, где величественный Гвадальквивир катит медленно свои воды, где возвышается розмарином увенчанная Сиерра-Морена, – там увидел я прекрасную, когда она в унынии, в горести стояла подле Алонзова памятника, опершись на него лилейною рукою своею; луч утреннего солнца позлащал белую урну и возвышал трогательные прелести нежной Эльвиры; ее русые волосы, рассыпаясь по плечам, падали на черный мрамор…» Сиерра-Морена